Ключевые выводы
Оба покупателя использовали механизм CVR (contingent value rights) — условные выплаты, привязанные к будущим продажам препаратов. Это новый стандарт сделок в условиях регуляторной неопределённости.
XBI, главный индекс биотех-сектора, завершил первый квартал ростом на 7% именно благодаря этим двум сделкам — без них квартал закрылся бы в минусе.
За один вторник в последний день марта биотех-сектор получил $11,9 млрд свежих денег. Biogen объявила о поглощении Apellis Pharmaceuticals за $5,6 млрд. Eli Lilly — о покупке Centessa Pharmaceuticals за $6,3 млрд. Рынок отреагировал немедленно: акции Apellis выросли на 135%, акции Centessa — на 45%, а XBI прибавил 7% за день, превратив убыточный квартал в положительный.
Это не случайное совпадение. Два крупнейших игрока фармацевтического рынка в один день сигнализировали: охота за активами открыта, деньги есть, и они готовы платить премию.
Что купил Biogen и зачем
Biogen платит $41 за акцию Apellis — это 140% премии к цене закрытия накануне. Компания получает два коммерциализированных препарата: Syfovre (лечение географической атрофии сетчатки) и Empaveli (редкие заболевания почек и нарушения свёртываемости крови). Совокупная выручка этих препаратов в 2025 году составила $689 млн, и, по прогнозам компаний, она будет расти на 15–20% ежегодно как минимум до 2028 года.
Сделка решает конкретную проблему Biogen: выручка от препаратов против рассеянного склероза падает, а собственный поздний пайплайн ещё не готов к коммерческому запуску. Apellis даёт немедленный денежный поток и команду нефрологов — что стратегически важно, поскольку Biogen сама готовит к запуску felzartamab, препарат против редких почечных заболеваний.
Помимо $5,6 млрд авансом, акционеры Apellis получат до $4 за акцию в виде CVR — если Syfovre достигнет $1,5 млрд годовой выручки к 2030 году. Это дополнительный стимул для продавцов и одновременно страховка для покупателя от переплаты.
Что купил Lilly и почему это нейронаука
Eli Lilly платит $38 за акцию Centessa — это 38% премии. Если препараты компании получат одобрение FDA, итоговая цена вырастет до $47 за акцию (ещё $1,5 млрд в виде CVR). Centessa разрабатывает препараты на основе агонистов рецептора орексина-2 (OX2R) — нейропептида, регулирующего цикл сон-бодрствование. Её ключевой кандидат, cleminorexton, показал многообещающие результаты во второй фазе клинических испытаний при нарколепсии типов 1 и 2, а также при идиопатической гиперсомнии.
Это четвёртое поглощение Lilly за последний год. Компания целенаправленно переконвертирует прибыль от своих блокбастеров — противодиабетических и антиожирительных препаратов Zepbound и Mounjaro — в диверсифицированный портфель, выходя в неврологию. По данным C&EN, сделка с Centessa входит в топ-3 крупнейших биофармацевтических поглощений 2026 года, уступая только Gilead/Arcellx ($7,8 млрд) и Merck/Terns ($6,7 млрд).
CVR становится стандартом сделок
Обе сделки используют механизм CVR — условных прав требования, привязанных к будущим коммерческим или регуляторным milestone. Это не новинка, но масштаб применения меняется. По данным IQVIA, в 2025 году около двух третей сделок в сфере биотех-M&A использовали CVR, причём в среднем они составляли более трети от общей стоимости транзакции.
Логика проста: FDA в 2026 году остаётся непредсказуемым регулятором. Руководство агентства сменилось трижды за год, политика одобрений колеблется. Покупатели не хотят платить полную цену за актив, чьё будущее зависит от регулятора. Продавцы не хотят продавать за бесценок, если уверены в клиническом потенциале. CVR — компромисс: деньги сейчас плюс дополнительные выплаты, если прогноз сбудется.
Мы смотрели на широкий круг компаний. Премия выглядит высокой по сравнению с текущей ценой акций, но она обоснована нашей глубокой проработкой и прогнозируемой выручкой.— Кристофер Вибахер, президент и CEO Biogen, на звонке с аналитиками, 31 марта 2026
Что происходит с рынком в целом
По данным трекера Biobucks, к началу апреля 2026 года в секторе зафиксировано 16 сделок по поглощению биотех-компаний. Помимо Apellis и Centessa, в марте закрылись или были объявлены сделки Otsuka/Transcend, Novartis/Excellergy, Merck/Terns, Gilead/Ouro, Servier/Day One и Esperion/Corstasis. Покупатели сосредоточены на активах с подтверждёнными клиническими результатами: одобренные препараты, почти коммерческие активы или платформы со стратегически очевидным fit.
Это не хаотичная скупка. Это адресный поиск: большие компании заполняют конкретные дыры в пайплайне, которые образуются из-за волны патентных клиффов в конце десятилетия. По оценкам аналитиков AlphaSense, у крупнейших фармацевтических и биотехнологических компаний в сумме накоплено около $1 трлн в резервах — и они ищут, куда это вложить.
В 2025 году объём сделок в биофарме вырос на 133% по сравнению с 2024 годом и достиг $133 млрд — третий показатель за всю историю наблюдений, по данным IQVIA. В первом квартале 2026 года темп не снижается: только за март в сектор пришло несколько десятков миллиардов долларов в рамках сделок M&A.
Практические инсайты
Инвесторам стоит обратить внимание на компании с одним или двумя одобренными препаратами в иммунологии, редких болезнях и неврологии, которые ещё не стали объектом поглощения. Именно таких сейчас ищут Biogen, Lilly, Novartis и другие. CVR-структура сделок означает: для оценки реальной цены поглощения недостаточно смотреть на авансовые $41 или $38 — нужно моделировать вероятность исполнения milestone. Как показывает Apellis: рынок с премией 140% к вчерашней цене говорит сам за себя.
Прогноз Eclibra
CVR-структуры станут нормой, а не исключением. FDA-риск будет дисконтироваться в условных выплатах, а не в авансовой цене. Следующие кандидаты на поглощение — компании с одним одобренным препаратом в нише, где крупный игрок выстраивает франшизу: нефрология, нарколепсия/орексин, комплемент-терапия.
