Рекордный контракт на $266 млн. Космические силы США доверили Rocket Lab 18 суборбитальных запусков для испытаний систем противоракетной обороны. Компания Питера Бека открывает четвёртый стартовый комплекс — на Аляске.
Контракт делает Rocket Lab ключевым подрядчиком Пентагона по гиперзвуковым испытаниям — на фоне растущего дефицита тестовой инфраструктуры.
Совокупный портфель оборонных заказов компании превышает $2,2 млрд, а с учётом сделки по покупке Iridium ($8 млрд) Rocket Lab превращается в вертикально интегрированного космического подрядчика.
Самый крупный пусковой контракт в истории компании
Контракт заключён по программе Rocket Systems Launch Program (RSLP) Space Systems Command. В твёрдой части — 12 пусков, опцион ещё на шесть. Первый старт — не ранее конца 2026 года, все работы должны завершиться к 31 декабря 2028-го.
На момент подписания выделено $112 млн из средств НИОКР на 2025 финансовый год — около 42% от потолка. Остальное будет разблокироваться поэтапно, по мере выдачи отдельных task order (поэтапных нарядов). Это стандартная практика для крупных оборонных контрактов такого типа.
Три компании боролись за этот заказ. Rocket Lab выиграла.
Для Rocket Lab этот контракт — не просто рекордная сумма. Он закрепляет сдвиг бизнес-модели: компания, начинавшая как оператор лёгкой ракеты Electron для коммерческих заказчиков, за три года превратилась в одного из крупнейших подрядчиков космических сил. В декабре 2025 года Space Development Agency выдала Rocket Lab контракт на $816 млн на 18 спутников предупреждения о ракетном нападении (Tracking Layer Tranche 3). В марте 2026 года — $190 млн на 20 гиперзвуковых испытаний HASTE по программе MACH-TB 2.0 Министерства обороны.
Акции RKLB выросли на 5–9% после объявления, достигнув $73–74 на внебиржевых торгах. Впрочем, бумага остаётся на 50% ниже своего 52-недельного максимума в $151, установленного в мае 2026 года.
Оборонный портфель Rocket Lab
Совокупный законтрактованный объём (backlog) на май 2026 года. Три крупнейших контракта: $816 млн на 18 спутников ПРО, $266 млн (RSLP), $190 млн (MACH-TB 2.0).
«Частота, итерации и бескомпромиссное исполнение — вот что нужно для развития противоракетной обороны Америки. Именно это мы и привносим с нашим лидерством в пусковых услугах».— Сэр Питер Бек, основатель и CEO Rocket Lab
Почему Аляска
Тихоокеанский космодром на острове Кадьяк (Pacific Spaceport Complex-Alaska) расположен на 57,44° северной широты. Это даёт уникальный диапазон азимутов пуска — 59°–110° — с выходом в открытый океан без населённых территорий на трассе полёта.
Южные стартовые площадки — включая Уоллопс, Виргиния, откуда ранее запускались все миссии HASTE — не могут выходить на высокие наклонения без манёвров «dog-leg», которые снижают полезную нагрузку и скорость. Для испытаний систем ПРО геометрия Кадьяка не просто удобна — она операционно необходима.
Именно поэтому сюда привозили свои тесты Arrow 3 израильская Missile Defense Organization и Minuteman III Стратегическое командование США. Для Космических сил этот контракт резервирует dedicated-доступ к площадке, альтернативы которой на тихоокеанском побережье США просто не существует.
Портфель оборонных контрактов Rocket Lab на май 2026 года составлял $2,2 млрд — рост на 108% год к году. Выручка первого квартала 2026 года — $200,3 млн (+63,5% к первому кварталу 2025-го). При текущей динамике компания выйдет на операционную безубыточность в 2027 году, по оценкам аналитиков Craig-Hallum и Keybanc.
Что такое HASTE
Golden Dome и сдвиг стратегии
Новый контракт — часть более широкой программы Golden Dome, многоэшелонированной системы ПРО, которая должна перехватывать цели от баллистических ракет до гиперзвуковых планирующих блоков. Rocket Lab уже участвует в этом проекте через партнёрство с Raytheon по космическому перехватчику (space-based interceptor) и через контракт SDA на 18 спутников Tracking Layer Tranche 3 с сенсорами предупреждения о ракетном нападении.
Вероятность: 70% — два контракта (RSLP и MACH-TB 2.0) суммарно на 32+ миссии делают Rocket Lab крупнейшим коммерческим оператором суборбитальных испытаний. К концу 2027 года компания будет запускать HASTE чаще, чем Electron на коммерческом рынке.
✅ Аргументы за
Критерии подтверждения: запуск первой миссии HASTE с Кадьяка в 2026 году; подписание опциона на +6 пусков.
❌ Аргументы против
Критерии опровержения: сокращение оборонного бюджета; перенос первого пуска за 2027 год.
Сценарии развития для Rocket Lab в оборонном секторе
🟢 Оптимистичный сценарий (30%)
Последствия: backlog превышает $5 млрд к 2028 году, оборонная выручка обгоняет коммерческую.
🟡 Базовый сценарий (50%)
Последствия: компания сохраняет позицию в суборбитальной нише, но не масштабируется в средний класс.
🔴 Пессимистичный сценарий (20%)
Последствия: оборонный портфель сокращается, компания возвращается к коммерческому Electron как основному источнику выручки.
Запуск первой миссии HASTE с Кадьяка — индикатор готовности новой площадки к эксплуатации.
Решение Space Force по опциону +6 пусков — покажет, удовлетворён ли заказчик первыми результатами.
Судьба сделки Rocket Lab–Iridium ($8 млрд) — определит, останется ли компания чистым launch-провайдером или станет вертикальным оператором.
Neutron первого полёта (Q4 2026) — расширит номенклатуру оборонных миссий до среднего класса.
Время гиперзвуковых испытаний
Пентагон десятилетиями полагался на собственные испытательные полигоны и устаревающие ракетные носители для суборбитальных пусков. Программа RSLP была создана именно для того, чтобы привлечь коммерческих операторов — и ускорить цикл «испытание-доработка-испытание», который в традиционной оборонной закупке растягивался на годы.
Rocket Lab вписалась в этот зазор идеально. Electron с его 82 орбитальными пусками и девятью миссиями HASTE доказал надёжность, которой не хватало новым частным пусковым компаниям. Neutron — в разработке — расширит возможности до среднего класса грузоподъёмности, но RSLP-контракт не требует Neutron: все миссии выполняются на существующем HASTE.
Это отличает Rocket Lab от конкурентов. Stoke Space получила $510 млн на разработку Nova — но ракета ещё не летала. Blue Origin только сертифицирует New Glenn для оборонных миссий. SpaceX остаётся доминантой, но её пусковые мощности расписаны под Starlink и коммерческие контракты. Rocket Lab предлагает dedicated-доступ к суборбитальным испытаниям без очереди.
Пул суборбитальных контрактов
MACH-TB 2.0 ($190 млн, 20 пусков) + RSLP ($266 млн, 12+6 пусков). Для сравнения: в 2023–2024 годах HASTE выполнила 4 миссии.
Позиция на карте космической обороны
Rocket Lab за последние 12 месяцев прошла путь от нишевого оператора малых пусков до одного из крупнейших подрядчиков космических сил США. Как мы писали в июле, компания объявила о приобретении Iridium за $8 млрд — сделка, которая в случае закрытия даст Rocket Lab собственную орбитальную группировку из 66 спутников с 2,55 млн абонентов.
Два контракта — RSLP и MACH-TB 2.0 — суммарно гарантируют не менее 32 суборбитальных пусков HASTE. Это масштаб коммерческих гиперзвуковых испытаний, которого не существовало три года назад. Для сравнения: в 2024 году все испытательные пуски Пентагона исчислялись единицами, а коммерческий рынок suborbital launch был практически нулевым.
