680 тераватт-часов. Столько электроэнергии Турция рассчитывает потреблять в 2040 году — против 365 ТВт·ч в 2025-м и 551 ТВт·ч по инерционному сценарию.
План «National Energy 2040» представил министр энергетики Альпарслан Байрактар 5 ноября в Стамбуле. Через четыре дня в Анталье открылся COP31 — климатический саммит, который Турция принимает впервые.
Внутри — 281 ГВт установленной мощности, 175 ГВт солнца и ветра, 140 ГВт·ч накопителей и $500 млрд инвестиций до 2040 года. Электрификация экономики заявлена главным инструментом: доля электричества в конечном потреблении энергии должна вырасти до 36%.
Для региона это не абстрактный сценарий. Турция — крупный рынок электроэнергии и одна из немногих стран, кто публикует цели на 2040 год в измеримом виде: гигаватты, тераватт-часы, гигаватт-часы хранения.
Прогноз потребления электроэнергии
Базовый сценарий даёт 551 ТВт·ч. Электрификация добавляет ещё 129 ТВт·ч спроса. · Reuters, ноябрь 2026
680 ТВт·ч вместо 551
Разница между двумя сценариями — 129 ТВт·ч. Это сопоставимо с годовым потреблением небольшой европейской страны.
Логика плана простая: меньше общего потребления энергии, больше электричества. Суммарный спрос на энергию в 2040 году прогнозируется на уровне 199 млн тонн нефтяного эквивалента против 230 млн по базовому сценарию. Экономия — $240 млрд, если электрификация пойдёт по графику.
Электричество должно заместить импортное топливо в промышленности, на транспорте и в отоплении. Отсюда цель в 36% электрификации конечного потребления. Сегодня этот показатель заметно ниже, а сама цифра 36% впервые появляется в официальном документе как измеримая цель, а не как лозунг.
Потребление растёт не само по себе. За ним стоят новые заводы, центры обработки данных, электромобили и кондиционеры. Турция добавляет их в прогноз одновременно с вводом генерации, и это главное отличие плана от прежних энергетических стратегий.
| Показатель | 2025 | 2040 |
|---|---|---|
| Установленная мощность | 123 ГВт | 281 ГВт |
| Солнце и ветер | 44–45 ГВт | 175 ГВт |
| Солнце | 26,9 ГВт | 112 ГВт |
| Доля ВИЭ в мощности | 63% | 77% |
| Накопители | — | 140 ГВт·ч |
| Межсетевые соединения | 5,4 ГВт | 15 ГВт |
| Атомная генерация | 0 | 10 ГВт |
| Электрификация | ниже 36% | 36% |
Цели National Energy 2040. Источники: Reuters, PV Magazine, Daily Sabah, ноябрь 2026
Таблица показывает главное: план построен на мощности, а не на выработке. 77% — это доля ВИЭ в установленной мощности. Доля в производстве электроэнергии будет ниже, потому что солнце и ветер работают не круглые сутки.
Именно поэтому в документе появляются накопители и межсетевые соединения. Без них 175 ГВт возобновляемой мощности не превращаются в 680 ТВт·ч надёжного снабжения.
Сеть, которая должна догнать генерацию
15 ГВт межсетевых соединений к концу следующего десятилетия против 5,4 ГВт сегодня — самый недооценённый пункт плана. Турция хочет торговать электричеством с соседями и одновременно повышать устойчивость собственной системы.
Второй элемент — 140 ГВт·ч накопителей. Для рынка, где солнечная генерация растёт быстрее сети, это минимальный запас гибкости. Без накопителей вечерний пик придётся закрывать газом.
Третий элемент — атом. К 2040 году Турция планирует 10 ГВт атомной мощности: 5 ГВт сверх строящейся АЭС «Аккую» и ещё две станции, решения по которым ожидаются в 2027 году — в Синопе и во Фракии. Атом должен дать 11% производства электроэнергии.
Байрактар отдельно говорил о распределённой генерации: станции мощностью до 1 МВт должны появляться чаще. Логика децентрализации понятна — меньше зависимость от одной крупной аварии и меньше потерь в сети.
Ввод межсетевых соединений: 5,4 → 15 ГВт. От него зависит экспорт и баланс системы.
Строительство накопителей: 140 ГВт·ч. Без них вечерний пик останется газовым.
Решения по Синопу и Фракии в 2027 году. Они определят, будет ли атом второй опорой плана.
Сеть — это ещё и сроки. Межсетевые соединения и накопители строятся дольше, чем солнечные станции. Если генерация придёт раньше сети, часть мощности будет простаивать.
Турция уже проходила этот путь с солнечными аукционами. Программа YEKA (аукционы возобновляемой энергии) дала проекты, но их подключение упиралось в пропускную способность. Новый план пытается синхронизировать оба процесса на десятилетие вперёд.
Кто заплатит $190 млрд
Общая цифра плана — $500 млрд инвестиций. Из них около $190 млрд пойдут на установленную мощность, а примерно $100 млрд — на солнечные и ветровые проекты. Остальное распределено между сетью, накопителями, атомом и модернизацией существующих станций.
Reuters оценивает электрическую часть плана более чем в $200 млрд. Разница между $190 млрд и $200 млрд в том, что считается: только генерация или вся электроэнергетика вместе с сетью.
Из чего складывается $500 млрд
$100 млрд — солнечные и ветровые проекты внутри этой суммы.
Более $200 млрд — вся электроэнергетика по оценке Reuters.
Остаток — сеть, накопители, атомная программа и нефтегазовый блок.
Кто именно заплатит, план не фиксирует. Часть денег придёт через аукционы YEKA, часть — от частных инвесторов и международных банков. Государство оставляет за собой сеть и атомную программу.
Слабое место — стоимость капитала. Турецкая лира и инфляция делают долгие проекты дороже, чем аналогичные в евро или долларах. Чем выше ставка, тем меньше проектов проходит порог окупаемости при фиксированном тарифе.
В ноябре Турция уже провела аукцион YEKA на 785 МВт солнечной мощности. Это небольшой шаг относительно 175 ГВт, но он показывает темп, с которым план будет исполняться: около 2 ГВт новых возобновляемых мощностей в год.
При таком темпе 175 ГВт к 2040 году выглядят достижимыми только при ускорении. 2 ГВт в год дают около 30 ГВт за 15 лет. Остальное должно прийти из крупных тендеров и частных проектов.
Почему 2040 — не горизонт, а дедлайн
Пятнадцать лет — это три политических цикла. План, который пересекает три выборных цикла, редко исполняется целиком. Его сила в том, что цели записаны в гигаваттах, а не в намерениях.
Посчитаем темп. От 44–45 ГВт солнца и ветра до 175 ГВт — это около 130 ГВт за 15 лет, или примерно 9 ГВт в год. Сейчас Турция проводит аукционы примерно на 2 ГВт возобновляемой мощности в год.
Разрыв в четыре с половиной раза. Его можно закрыть только крупными тендерами и частными проектами вне аукционов.
По солнцу картина лучше. От 26,9 ГВт до 112 ГВт — плюс 85 ГВт за 15 лет, около 5,7 ГВт в год. В 2025 году Турция ввела 4,7 ГВт солнечных мощностей, в первом полугодии 2026-го — 2,1 ГВт. Солнечный темп уже почти соответствует плану.
Ветер и сеть отстают сильнее. Здесь и возникнет главный дефицит.
Накопители — отдельная история. 140 ГВт·ч при 112 ГВт солнечной мощности — это примерно час работы на полной отдаче, если считать грубо и без учёта ветра. Для сглаживания вечернего пика такого запаса мало, для арбитража цен — уже достаточно.
Атомный блок растянут во времени. Решения по Синопу и Фракии ожидаются в 2027 году, а станции должны заработать к 2040-му. Любая задержка на год сдвигает 11% производства электроэнергии.
Межсетевые соединения — самый медленный элемент. Линии строятся дольше, чем солнечные парки, и требуют согласований с соседями. 15 ГВт к концу следующего десятилетия — политическая цель, а не инженерная.
У плана есть промежуточная точка: 120 ГВт солнца и ветра к 2035 году. Она важнее финальной цифры 175 ГВт, потому что проверяет темп, а не амбицию.
Если к 2035 году Турция выйдет на 120 ГВт, оставшиеся 55 ГВт за пять лет выглядят реалистично. Если нет — 2040 год превращается в перенос дедлайна.
Для промышленности это означает длинный цикл заказов: турбины, кабели, трансформаторы, системы хранения. Для банков — длинный цикл кредитования с валютным риском.
Для соседей — возможность покупать турецкое электричество или продавать его в Турцию. 15 ГВт соединений работают в обе стороны.
Цена ошибки — не только невыполненная цель. Это построенная генерация без сети и накопителей, которая не доходит до потребителя.
Сравнение с другими рынками напрашивается, но осторожное. Турция не первая, кто ставит на электрификацию. Отличие в том, что план фиксирует не только генерацию, но и сеть с накопителями. Это делает его проверяемым.
Проверять придётся по трём документам: обновлению прогноза спроса, графикам ввода соединений и решениям по атомным станциям. Все три выходят в 2027 году.
Уголь остаётся без даты
В плане нет даты отказа от угля. Турция сохраняет угольную генерацию и одновременно обещает сократить выбросы на 40% к 2040 году.
«Когда мы дойдём до 2040 года, мы сократим выбросы на 40 процентов, и это произойдёт благодаря большой электрификации», — сказал Байрактар журналистам.
Сокращение на 40% опирается на два допущения: рост ВИЭ и замещение топлива электричеством. Если хотя бы одно из них отстанет, уголь останется страховкой системы — и источником выбросов.
Это главный риск плана. Мощность можно нарастить деньгами и аукционами. Выбросы сокращаются только тогда, когда новая генерация действительно замещает старую, а не добавляется к ней.
Для COP31 турецкий план удобен: он показывает страну, которая говорит о климате языком индустриальной политики. Для инвесторов он интереснее: в нём есть измеримые цели и понятные узкие места.
Сеть, накопители и атом — три точки, где план может сорваться. Солнечные панели поставят быстро. Разрешения на линии электропередачи и хранилища — нет.
$190 млрд на мощность — только часть $500 млрд. Остальное зависит от частных денег и стоимости капитала в лирах.
Уголь без даты выхода делает сокращение выбросов на 40% заложником темпов ввода ВИЭ.
Как мы писали в октябре, долгосрочные сценарии расходятся в разы. Турецкий план попадает в ту же развилку: цель по мощности есть, траектория по выбросам — нет. Подробнее — в материале про шесть прогнозов до 2060 года.
К 2040 году Турция хочет получить 281 ГВт, 680 ТВт·ч и 36% электрификации. Цифры запоминаются. Вопрос в том, что останется от угля, когда они будут достигнуты.
