Velocity привлёк $38 млн Series A: стейблкоины становятся казначейской инфраструктурой

Лондонский стартап Velocity, основанный в 2025 году, закрыл раунд Series A на $38 млн. Раунд возглавили Dragonfly и FirstMark, среди инвесторов — Capital One Ventures, Coinbase Ventures, QED Investors, Ripple и Wintermute Ventures. Общий объём привлечённого финансирования достиг почти $50 млн.

Стейблкоины уже давно перестали быть инструментом исключительно криптотрейдеров. В 2025 году, по данным McKinsey и Artemis Analytics, через стейблкоины прошло $390 млрд реальных платежей в годовом выражении. Из них $226 млрд — B2B-транзакции. Но корпоративные казначейства до сих пор используют стейблкоины лишь точечно, а не как часть повседневной инфраструктуры.

Velocity пытается закрыть этот разрыв. Платформа комбинирует стейблкоины с локальными банковскими рельсами, комплаенсом, кастодиальными сервисами и системами управления ликвидностью. CFO и казначеи получают единый интерфейс для движения средств — без разницы, идёт транзакция через SWIFT, ACH или блокчейн. Первые клиенты уже используют платформу для трансграничных расчётов между Европой, Азией и Латинской Америкой. Спрос на такие решения растёт экспоненциально с каждым кварталом.

Как мы писали в июле, стейблкоины уже меняют ландшафт международных платежей. Velocity строит полноценную казначейскую операционку — слой между банковскими счетами и блокчейном, который делает стейблкоины невидимыми для конечного пользователя.

Кто стоит за Velocity

Компанию основали Эрик Кветем (CEO) и Том Гринвуд. Гринвуд до этого запустил Volt — платформу открытого банкинга для реального времени, а также IFX Payments. Кветем руководил глобальной коммерческой стратегией в Worldpay. Это не первый стартап команды в платёжной инфраструктуре — и не первый, который привлекает десятки миллионов долларов.

«Мы встретили Velocity больше года назад, и с самого начала было ясно: у них уникально глубокое понимание глобального платёжного стека и того, как его можно разрушить», — говорит Роб Хэдик, партнёр Dragonfly.

Стейблкоины выходят за рамки платежей и становятся базовой инфраструктурой для того, как бизнес управляет деньгами и перемещает их по всему миру.— Эрик Кветем, CEO Velocity

Гбенга Аджайи из QED Investors добавляет: «Инфраструктура, которая побеждает, — это инфраструктура, которая встраивается в процессы, которыми компании уже пользуются. Velocity построила именно такой мост».

Состав инвесторов — отдельный сигнал. Capital One Ventures в пуле с Coinbase Ventures и Ripple означает, что традиционный finance и крипто-мир сходятся на одном продукте. Для корпоративных казначейств это важно: когда в капитализации стартапа участвует банковский гигант, вопрос доверия к технологии снимается.

Рынок: стейблкоины как казначейский рельс

Проблема, которую решает Velocity, выглядит так. У глобальной компании счета в 15 странах, казначейство в Лондоне, поставщики в Азии и клиенты в Латинской Америке. Перевод денег между юрисдикциями занимает 2–3 дня через SWIFT, требует предварительного фондирования и замораживает капитал.

Со стейблкоинами тот же перевод занимает секунды. Но казначей не может просто купить USDT и отправить поставщику — нужна интеграция с банком, учёт в ERP, комплаенс-контроль, отчётность. Velocity делает этот слой невидимым: казначей видит «платёж проведён», а под капотом средства конвертируются в стейблкоин, проходят по блокчейну и выходят в фиат на стороне получателя.

Интерес Capital One Ventures — наиболее показательная деталь раунда. Банковский венчур обычно не заходит в инфраструктурные стартапы на ранней стадии, если не видит конкретного пути к внедрению внутри материнской структуры. Capital One — один из самых технологичных банков США, и его участие сигнализирует: стейблкоины рассматриваются всерьёз как часть банковской платёжной инфраструктуры, а не как нишевый крипто-эксперимент.

Ripple в списке инвесторов тоже неслучаен. Компания десятилетие строила собственную сеть для межбанковских расчётов на блокчейне, но столкнулась с регуляторными ограничениями в США. Инвестиция в Velocity — признание того, что стейблкоины, а не нативные токены, становятся стандартом для корпоративных платежей.

Что дальше

Velocity планирует потратить средства на четыре направления: расширение глобальной банковской и платёжной сети, ускорение разработки продуктов, углубление регуляторных компетенций и обслуживание растущего корпоративного спроса. Компания уже наняла Мэтта Ларсона из Cluster Capital на пост head of growth и повысила Оланна Керрисона до директора по сетевому развитию.

Прямой конкурент — Cyclops, который в том же июле привлёк $20 млн Series A на stablecoin-платёжную инфраструктуру. Но если Cyclops фокусируется на платёжных провайдерах и маркетплейсах, Velocity идёт в корпоративные казначейства — более сложный, но и более ёмкий рынок с годовым объёмом B2B-платежей в сотни триллионов долларов.

Что будет с рынком через год?

Сценарии развития

Источники