В феврале 2026 года BloombergNEF зафиксировал: четырёхчасовой BESS стоит $78 за МВт·ч — на 30 % дешевле новой газовой турбины. Разбираем, что этот перекрёсток означает для инвесторов, операторов накопителей и рынка пиковой генерации.
17 апреля 2026 года Kailera Therapeutics вышла на Nasdaq с рекордным биотех-IPO — $625 млн, +63 % в первый день. Разбираем, почему инвесторы платят $3,5 млрд за компанию без одобренных препаратов — и что это значит для гонки GLP-1.
Природный водород в недрах — не гипотеза, а инвестиционная возможность. Разбираем экономику, геологию и регуляторные барьеры нового актива энергоперехода.
Россия и Китай торгуют на $240 млрд, но платят через третьи валюты. Цифровой рубль меняет эту логику: комиссии —1,5–3 %, расчёты — с дней до часов.
С апреля 2026 года Google официально переводит AI Mode в статус основного рекламного канала. Разбираем, как «контекстное намерение» и новые форматы меняют экономику поиска и e-commerce.
AGI убирает дефицит интеллекта — и это не утопия, а новая экономика с другими победителями. Земля дорожает. Средний класс вымывается. Сэм Альтман предлагает Public Wealth Fund.
За 11 дней апреля 2026 года FDIC, Treasury, FinCEN и OFAC выпустили регуляторные предложения по GENIUS Act. Рынок $320 млрд получил полный периметр надзора. Кто выигрывает, кто теряет долю — и что это значит для инвесторов.
19 апреля 2026 года в Пекине робот Honor финишировал на дистанции 21,1 км за 50:26, побив мировой рекорд человека. Разбираем, что это значит для индустрии и юнит-экономики робототехники.
SWE-bench: 60 % → 100 % за год. Аналоговые часы: 50,1 %. Stanford HAI опубликовал AI Index 2026 — 423 страницы о том, почему возможности растут быстрее нашей способности их измерять.
В апреле 2026 года финансовый сектор перешел от «второго пилота» к автономным агентам. Разбираем, почему Goldman Sachs и Lloyds ставят на агентный ИИ.
Anthropic прошла путь от $9 млрд до $30 млрд годовой выручки за квартал. Параллельно — запуск Claude Design и переговоры об IPO к октябрю 2026. Разбираем математику роста и что это значит для отрасли.
Клинические результаты ESO-T01 подтверждают: иммунные клетки можно перепрограммировать прямо внутри тела. AstraZeneca делает шаг к превращению CAR-T из сложного процесса в доступный препарат.
